Страх

удк 159.92

Векличева К.Ю.

Лох К.В.

Анотація

В статті робиться спроба  темпоральної концептуалізації феномену „інтелектуальних лінощів” студентів як „страху нового” на основі синтезу деяких ідей екзистенціальної психології, теорії систем, діалектичного матеріалізму. Пропонуються практичні рекомендації до розвитку творчого потенціалу студентів.

Ключові слова: страх, когнітивний дисонанс, системність, стабільність, мінливість, усвідомлення.

Аннотация

В статье делается попытка темпоральной концептуализации распространённого феномена «интеллектуальной лености» студентов как «страха нового». Синтезируются идеи экзистенциальной психологии, теории систем, диалектического материализма. Предлагаются практические рекомендации для развития творческого потенциала студентов-психологов.

Ключевые слова: страх, когнитивный диссонанс, системность, стабильность, изменчивость, осознание.

Summary

In the article the attempt of temporal conceptualisation of the widespread phenomenon of «intellectual laziness» of students is done as «fear of new». The ideas of existential psychology, theory of the systems, dialectical materialism are synthesized. Practical recommendations are offered for development of creative potential of students-psychologists.

Keywords: fear, the cognitive dissonance, system, stability, changeability, awareness.

темпорально-процессуальное описание 

Страха познания нового в учебном процессе

Целью данной статьи является синтез некоторых психологических концепций динамики личностного развития относительно конкретной и знакомой любому преподавателю ВУЗа проблемы – «интеллектуальной лености студентов. Определённую оригинальность статье придаёт то, что её автор – студент. Больше данная тема обсуждается среди преподавателей.

Для обобщения, а, точнее, концептуализации, были взяты некоторые идеи экзистенциальной психологии, теории систем, деятельностной теории эмоций, теории ментальной репрезентации, диалектического материализма в его гегелевском понимании. 

Отправной точкой наших рассуждений является известное положение С.Л. Рубинштейна о настоящем (по его выражению, о том, что  «непосредственно дано, как нечто наличное») как о «естественной отправной точке» [4]. Соответственно, и прошлое и будущее могут быть определены лишь через отношение к настоящему.

Процесс познания, конкретнее – обучения в ВУЗе, представляется весьма наглядным для демонстрации закономерностей соотношения темпоральных категорий в человеческом сознании, интенсивным и постоянным в течение долгого времени переходом от прошлого (прежних ментальных репрезентаций) к будущему (к новым, более сложным репрезентациям). В настоящем же происходит порою довольно драматичное переживание конфликта несоответствия этих репрезентаций. Состояние, соответствующее этому переживанию можно определить в том числе  как когнитивный диссонанс, тем более выраженный, чем выше познавательная активность студента. Особенно ярко это проявляется при изучении психологии – наиболее, пожалуй, противоречивой современной науки.

Любознательный студент-психолог, сталкиваясь с разнообразными, порою противоречивыми объяснениями одного и того же, регулярно испытывает когнитивный диссонанс [5]. Менее любознательный студент обычно уменьшает его, выбрав наиболее понятную ему или авторитетную точку зрения, и отбрасывает остальные. Тот студент, для которого познавательная потребность является ведущей, чаще идёт по пути синтеза, хотя это и связано с дискомфортом, и постепенно создаёт собственную мета-модель психики. Поэтому уточним предмет нашего обсуждения – творческий процесс познания.

Для описания процесса познания в данном представлении удобно воспользоваться некоторыми положениями теории систем. В частности, о том, что, как указывает В.А. Ганзен, сохраняется лишь та система, в которой существует баланс тенденций к стабильности и к изменчивости [1]. Тенденция к стабильности проявляется в направленности активности человека на поддержание существующего состояния и на блокировку каких-либо изменений. Тенденция к изменчивости – это активность, направленная вперед, на познание нового, на взаимодействие и переход от уже имеющегося и известного, к новому и не познанному. Тенденция к стабильности и тенденция к изменчивости противоборствуют, но с точки зрения гегелевской диалектики и одновременно – принципов даосизма, именно их взаимодействие и обеспечивают гармонию, в нашем случае – творческое познание.

На уровне личностных черт тенденция к стабильности проявляется в интеллектуальной лености, а на эмоциональном – в переживании страха, зачастую неосознанного. Новое знание предполагает новый способ поведения, решение, необходимость приложить усилия и рискнуть. А человеку проще вести себя привычным способом. Таким образом можно сказать, что человек, преодолевший страх перед неизвестностью, должен быть трудолюбивым. Это не обязательное условие, или не обязательная характеристика этого человека, но возможная сторона его характера.

Что же касается страхов, особенно неосознаваемых, то по этому поводу давно и подробно высказалась экзистенциальная психология. С её точки зрения, все люди испытывают страх. Особенности этого страха обусловлены как личным, индивидуальным опытом человека, так и особенностями культуры, общества, в котором он вырос и к которому принадлежит. В настоящее время большинством экзистенционалистов в западном обществе принято выделять страхи соответственно базовым экзистенциальным проблемам свободы-ответственности, смерти, одиночества и абсурда (смысла) [7]. Рассматриваемый здесь страх познания является, на наш взгляд, производным от экзистенциальных, более частным его аспектом. Представляется, что как объяснение сущности, так и методы практической работы с экзистенциальными страхами, могут быть весьма продуктивными для развития личности в учебном процессе.

С точки зрения психосемантики темпоральности очень интересно, что обычно говорят о страхе «перед» чем-то. На наш взгляд, употребление предлога «перед» указывает на страх как на что-то предшествующее и в то же время играющее  роль маячка, сигнала, что что-то не так, как раньше. Это признак, что реальность изменилась, что она, похоже, не соответствует ожиданиям, планам. Ещё раз повторим, что в учебном процессе страх перед познанием нового осознаётся довольно редко, и чаще в сознании представлен как та самая «интеллектуальная лень». 

Итак, при встрече с новым закономерно возникает страх. Это естественная реакция, и своеобразный экзамен для человека: способен ли он расти и идти дальше, может ли он развиваться? Видимо, не случайно «Открытость новому опыту» является одним из параметров, входящих в знаменитую «Большую пятёрку». Оба способа обращения со страхом в природе человека, и этот экзамен сдаётся заново в каждой новой ситуации, но условно можно выделить две категории по реакции на страх познания. Для этого сначала предложим графическую метафору личностного развития.

Представим, что на Пути у человека стоит Стена. То пространство, где он сейчас, можно обозначить как Известное, а пространство за стеной – Неизвестное. Известное – это то, что человек сейчас уже имеет, его прошлое, его опыт и знания о реальности. Неизвестное – это какая-то часть реальности, которая находится в будущем, она не может быть известной по естественным причинам. Стена – это состояние человека, промежуточное положение, когда он может перешагнуть; это неопределенность, момент, когда человек не знает, как же будет потом, но, находясь в настоящем, уже задумывается над этим. Намеченный Путь человека – это его тенденция к изменчивости, активность. Стена – это тенденция к стабильности, потому что даже само состояние неопределенности заставляет остановиться и прекратить стремления изменить. На расстоянии шага до Стены находится Страх перед Неизвестным. Это тот маячок, который предупреждает человека, что реальность вскоре изменится. Вот и стоит человек, решается, либо сразу же переступает и идет, познает, все дальше и дальше отдаляя от себя эту Стену. 

Ещё точнее было бы изображать этот процесс, не как Путь и Стену, а как линию с некоторыми точками. Человек движется от точки к точке, либо переходя, либо останавливаясь, не в состоянии возобновить движение.

У некоторых людей страх выполняет роль своеобразного тормоза, не позволяя двигаться дальше, то есть мыслить, рассуждать, предполагать и строить планы, и вынуждает «застыть». Застывание закономерно выражается в том, что человек начинает сужать свое виденье ситуации, ограничивать свою реальность, а зачастую и не позволяет другим расширять свой мир – чтобы сохранить в неприкосновенности свой. В студенческих группах это выражается в неприязни интеллектуально пассивной части студентов к «выскочкам», задающим «лишние» вопросы преподавателям и вообще «слишком умным».

Другие люди любят находиться на грани, испытывать этот страх. Все равно идут на риск, окунаются в неизвестность, упиваются страхом, совершают то, что опасно для их жизни. У них к страху может добавляться азарт, любопытство, которые меняют ход событий.

Наиболее полным, на наш взгляд, объяснением этого феномена, является концепция надситуативной субъектной активности В.А. Петровского [3]. В частности, он предлагает в качестве способов преодоления шаблонности мышления рефлексию «надсознательного» понятийного и операционального аппарата науки, а также приём «последовательной акцентации» — своеобразное отстранение предмета познания от привычных наглядных моделей.   Однако на основе нашего анализа её можно дополнить ещё одним предположением.

Видимо в самом страхе есть некая движущая сила, энергия, которая может провоцировать человека на активность, добавляет решительности, является толчком. Возможно, в страхе есть потенциал, который можно использовать для успешного преодоления трудностей, изменения текущей ситуации. Очевидным является то, что для использования ресурса необходимо его осознание, конкретными формами могут быть самоанализ, психотерапия, консультирование.

Проживание страха перед неизвестностью можно представить как аспект кризисного состояния, когда психика человека особенно активно работает над адаптацией к новой среде, пройдя «точку зависания», в которой происходила первоначальная ориентировка. Это удивительный момент, когда кажется, будто все застыло. Все остальные мелкие проблемы, которые волновали и отвлекали раньше, уже не имеют такой ценности и не занимают сознание. Это период серьезной концентрации и поиска решения. Иными словами, страх «привязывает» энергию человека к новому, в конструктивном случае заставляя интегрировать новую информацию. Возможно, как раз необычное состояние, ощущение сильной энергии в себе  либо вовне (Бог, Судьба) и пугает человека. 

В этой части анализа удобно воспользоваться концепцией функционирования психики как процесса непрерывного прогнозирования И.М. Фейгенберга [6]. Коротко её можно выразить в авторской формуле Видеть-предвидеть-действовать. С её точки зрения, даже во время сильного стресса, сохраняется способность предугадать, спрогнозировать дальнейшие события. Возможно даже, что сам страх и провоцирует эту способность, является катализатором: человек в неизвестности уже успел разглядеть что-то, что его привлекает. Появившееся влечение он усиливает тем напряженным состоянием, которое спровоцировал страх, и так появляется азарт, любопытство, желание заглянуть, приподнять занавес. Мне кажется, это чудесный процесс, если человек пытается его отслеживать, это влечение можно использовать, то есть страх становится инструментом, который может не тормозить, а наоборот, толкать вперед. Позволяет видеть цель более прямо, пусть и ограничено, так как страх уже отсеял более мелкие проблемы, скорректировал в сознании иерархию важности. Подробным рассмотрением всей ситуации можно заняться уже после того самого шага, когда Стена преодолена и под ногами новый Путь. Иначе говоря, страх активизирует состояние, благодаря чему человек более широко видит спектр возможностей, разные пути, опасности, которых не заметил бы в обычном своем состоянии. 

Практические способы преодоления страха неизвестности достаточно разработаны. Упомянём лишь концепцию дивергентного мышления, тренинги креативности, теорию решения изобретательских задач. Именно для студентов-психологов особенно, на наш взгляд, уместен метод экофасилитации формирования смыслообразующих мотивов учебной деятельности в условиях управляемого кризиса, разработанный П.В. Лушиным [2]. Однако для большинства таких концепций страх познания не является центральной категорией. Мы же предлагаем уделить ему больше внимания, сославшись на известный каждому феномен: чем выше страх перед прыжком, тем больше удовольствия и гордости после прыжка. Уточним только, что «выше страх» при этом означает «лучше осознан».

Выводы:

1. Страх познания является производным от базовых экзистенциальных страхов и присущ каждому человеку.

2. В процессе обучения студентов-психологов он особенно актуален, но редко осознаётся и проявляется чаще в форме «интеллектуальной лени».

3. Студенты с высокой познавательной активностью ближе к осознанию этого страха, и чаще сталкиваются с тормозящим влиянием малой группы. Поэтому они больше нуждаются в психологической помощи для дальнейшего развития своего творческого потенциала. 

4. Преодоление активными студентами страха познания может способствовать активизации и инертной части студенческой группы.

5.  Для реализации выдвинутого здесь предположения нет нужды разрабатывать какие-либо новые практические методы. В любом методе, используемом  психологической службой ВУЗа можно сделать на некоторое время фокусом работы страх познания, помочь активному студенту осознать его, пережить и использовать как ресурс для преодоления внутренних ограничений. 

Литература

1. Ганзен В. А. Системные описания в психологии / В. А. Ганзен.―Л. : Изд-во Ленингр. ун-та, 1984. ― 176 с.

2. Лушин П.В. Личностное изменение: на пороге конструктивистской парадигмы // Практична психологія та соціальна робота. – 2000. – №8. – С.32-35.

3. Петровский В.А. Личность в психологии: парадигма субъектности / В. А. Петровский. ― Феникс : Ростов-на-Дону, 1996. ― 512 с.

4. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии / С. Л. Рубинштейн.  ―   СПб. : Питер, 1999.  ―   720 с.

5. Солсо Р. Когнитивная психология / Р. Солсо.  ― СПб. : Питер, 2002. ― 592 с.

6. Фейгенберг И.М. Видеть – предвидеть – действовать. Психологические этюды / И.М. Фейгенберг.  ― М.: Знание, 1986. . ― 160 с.

7. Ялом И. Экзистенциальная психотерапия. / Ирвин Д. Ялом. ― М.: Класс, 2005. ― 576 с.